998de6fb     

Михайловский Владимир - Случайные Помехи (Главы Из Повести)



Владимир Михайловский
СЛУЧАЙНЫЕ ПОМЕХИ
(Главы из повести)
...Здесь, в Тристауне, он поселился в заброшенном домишке на городской
окраине. Собственноручно прибил вывеску: "Часовых дел мастер. Ремонт и
сборка часов по вкусу клиента". На вывеске сам же намалевал усатого
молодого человека, который жестом факира выхватывает из ничего, из воздуха
пару часов. Лицо молодого человека получилось свекольно-красным, а один ус
явно длиннее другого. Если говорить по правде, художником он был
никудышным.
Подходящую для себя профессию он долго обдумывал загодя и решил, что
часовщик - самое надежное. Ведь едва ли не все люди пользовались часами - в
сущности, нехитрым, даже примитивным прибором для измерения времени.
Врожденного чувства времени, без которого он себя не мыслил, у них не было.
Занимаясь ремонтом и сборкой часов, он решал сразу несколько необходимых
проблем. Во-первых, он мог заработать на безбедное существование, не
прибегая к помощи аппаратуры, которая могла бы привлечь нежелательное
внимание.
Во-вторых, у него естественным образом завязывались контакты с местными
жителями, для которых он по пршествии времени стал своим.
В-третьих - и это главное,- будучи в безопасности, он мог без суеты
готовиться к выполнению возложенной на него миссии.
Частенько, проходя мимо распахнутых настежь дверей мастерской, тристаунцы
видели, как в глубине ее, склонившись над столом, возится с микроскопом и
детальками часовщик. Откуда им было ведать, что занимается старик вовсе не
часами, а прибор с микрометрическим винтом и тубусом - вовсе не
микроскоп?..
...Планета, как и предполагалось, оказалась чрезвычайно богатой рудами и
минералами, так что с загрузкой синтезатора никаких проблем не возникло.
Ему предстояло собрать из выращенных деталей два небольших аппарата, чем
он и занимался в течение долгого, времени.
Таиться от любопытных, как и все провинциалы, тристаунцев не следовало -
это только навлекло бы подозрения. Потому он, тонкий психолог, и действовал
в открытую.
Аппараты, которые он в конце концов собрал, резко отличались друг от
друга как по назначению, так и по внешнему виду. Форму, впрочем, он мог
придумать любую - она определялась только его собственной фантазией.
Первый прибор - мыслепередатчик - имел сравнительно небольшой радиус
действия, три-четыре километра в земных единицах. По его расчетам, для
первого опыта этого было достаточно.
Со вторым аппаратом-усилителем-дело обстояло сложнее.
Если передатчик должен был до конца находиться при нем, то усилитель
следовало отправить в космос на расстояние не менее трехсот тысяч
километров.
Оба прибора он собрал давно. Усилитель вышел компактным - чуть побольше
булавочной головки. Однако что делать дальше? Вывести его на орбиту с
помощью малой ракеты? Вроде бы неплохо, и такая возможность у него имелась.
Но запуск необычной, пусть даже и малогабаритной ракеты, обязательно
заметят, а это может вызвать самые нежелательные последствия.
Долго размышлял он, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации, даже
бессонницу нажил. Бродил по городу, здоровался с многочисленными знакомыми,
заглядывал то в стереотеатр, то в речной порт, то на аэродром - своего
космодрома у Тристауна не было.
Слетать к океану, где расположен ближний космодром, и, наметив подходящий
рейс, пристроить в корабле усилитель? Опасно: прибор могут случайно
повредить или, того хуже, обнаружить и взять для исследования... Это риск,
а риск следовало если не устранить, то хотя бы свести к миним



Назад