998de6fb

Мирер Александр - Знак Равенства



Александр Мирер
Знак равенства
Василий Васильевич уходил с вечеринки недовольный и много раньше, чем
другие гости-сослуживцы. Слишком много там пили, по его мнению, а кассир
Государственного банка должен быть воздержанным, как спортсмен. С похмелья
и обсчитываются. Весь вечер Василий Васильевич помнил, что завтра в
институтах день получки, и незаметно удалился при первой же возможности.
Он повздыхал, стоя на полутемной площадке, и стал спускаться,
оглядываясь на блестящие дверные дощечки, - дом был "профессорский",
строенный в начале столетия. Слишком высокие потолки, слишком большие
комнаты, широкие лестничные марши.
- А не водился бы ты с начальством, Поваров, - бормотал он, выходя на
улицу.
Каменные львы по сторонам подъезда таращили на него пустые глаза. У
правого была разбита морда.
- Разгильдяи, - сказал Василий Васильевич, имея в виду не только тех,
кто испортил скульптуру.
Вечер был разбит, испорчен. Василий Васильевич был неприятно
взбудоражен всем этим - потолками, бутылками, орущим магнитофоном, - и
разбитая львиная морда оказалась последней каплей. Домосед Василий Поваров
внезапно решился пойти в кино на последний вечерний сеанс, чтобы
отвлечься.
Он плохо знал этот район и побрел наудачу, высматривая постового
милиционера. Как назло, всех постовых будто ветром сдуло. Василий
Васильевич начал плутать по старому городу, сворачивал в узкие переулки,
неожиданно возникающие между домами, и все более раздражался, не находя
выхода на проспект. Фонари мигали высоко над головой, в подворотнях
шаркали невидимые подошвы, и белые лица прохожих поворачивались к нему и
опять исчезали в темноте. Впервые за много месяцев он был ночью вне дома.
Он осторожно оглядывался и убыстрял шаги, проходя мимо темных подворотен и
молодых людей, неподвижно стоявших у подъездов, и совсем уже отчаялся,
когда увидел, наконец, постового.
Милиционер стоял на мостовой в двух шагах от фонаря. Он держал в руке
спичечный коробок и папиросу и смотрел вверх на освещенные окна. Привычно
официальный вид милиционера - фуражка, темный галстук и белые погоны -
вдруг успокоил Поварова. Он понял, что время еще не позднее, и вовсе не
ночь глухая, в вечер как вечер.
Василий Васильевич решительно шагнул с тротуара на мостовую.
- Будьте добры сказать, есть ли поблизости кинотеатр?
Милиционер повернул к нему голову. Он не взял под козырек, и это тоже
рассердило Василия Васильевича.
- Кинотеатр? - милиционер потряс коробком, зажег спичку и быстро,
внимательно посмотрел Поварову в лицо. Спичка погасла. - Нет здесь
кинотеатра. - Он затянулся папиросой, держа ее в горсти так, чтобы
осветить лицо Василия Васильевича. - Ближайший кинотеатр на проспекте.
Василий Васильевич пожал плечами и двинулся к проспекту. Как только он
свернул в очередной переулок, кто-то догнал его и пошел рядом. Поваров с
испугом оглянулся.
- Извините, конечно, - вполголоса сказал низкорослый человечек. Он
покачивался и беспокойно шуршал подошвами. - Кинозал имеется. Я вижу,
милиционер-то нездешний... И провожу, если желаете. По этой стороне, один
квартал всего...
- Нет, нет, я сам дойду, большое спасибо, - сказал Василий Васильевич.
Человек отстал, но его шаги шуршали неподалеку, и за перекрестком он
снова оказался под рукой.
- Вот, вот он, кинотеатр. Вот дверь, здесь.
Что-то в нем было нарочитое. Вином не пахнет, но говорит, как пьяный.
- Спасибо, я не разберу... Темно совсем.
- Электроэнергию экономят, заходите.
- Спасибо, - сказал Поваров и вошел.



Назад